Записи с меткой «М.С. Кадомцев»

Первую часть можно прочитать здесь.

Жизнь в Тамбовской тюрьме шла ровно и безмятежно. Но с весны 1908 г. начались требования улучшить санитарно-бытовые условия заключенных: заменить скверное из редины белье лучшим, а халаты — бушлатами и брюками. Арестантское белье выделывалось из оческов, нитки были разной толщины, в холсте получались изрядные щели, белье не простирывалось, воняло и обдирало кожу чуть ли не до крови. Халат же заменял собой и брюки, и бушлат, и одеяло, и даже перину. Неоднократные заявления об этом и требования ни к чему не приводили, тогда заключенными решено было повторить то, что имело место в смоленском централе в конце 1906 г. Сидельцы сбросили с себя белье и халаты и стали расхаживать в камерах голышом. Начальство тюрьмы на это не реагировало, тогда арестанты перестали строиться на поверках, больше того, во время поверки переходили с места на место, не давая сосчитать количество каторжан.

Теперь в тобольской каторжной тюрьме музей

Таким манером заключенные «поволынили» несколько  дней,  после  чего начальство выдало сотню пар хорошего белья, обещало сшить в экстренном порядке бушлаты и брюки, выдать одеяла и подстилки. Каторга верила обещанию и успокоилась. Но вот прошло несколько дней, а белья, для не получивших его, пи одежды для всех по-прежнему не видно. Тюремная публика возмутилась и возобновила «голый бунт». Администрация молчала, как будто это ее и не касается. Арестанты становились все возбуждённее: то и дело поднимали свист, требовали прокурора и губернатора, распевали «дубинушку», некоторые рвали в клочки арестантское белье. В конце концов, начальство пошло на уступки и удовлетворило все, что каторжане требовали.

Вскоре после этого, начальник тюрьмы, по кличке «Арбуз», уволен и заменен новым по фамилии Могилев.  

Самарские депутаты Думы второго созыва

3 июня 1907 считается финальной датой первой русской революции, в этот день была Николаем II разогнана Вторая Государственная Дума, депутаты от социал-демократов пошли на каторгу и реакция на воле загуляла вовсю.

В первое время начальник тобольской тюрьмы Иван Могилев оставил все по-старому, зорко лишь всматриваясь к незнакомому населению каторги и молча выслушивая даже дерзости и оскорбления.

Однако, вскоре каторга почувствовала, с кем она имеет дело. Начал Могилев с того, что попросил арестантов становиться на поверку. Получив отказ, он не настаивал на своем, а понемногу подтягивать надзирателей. Очевидно, Могилев преувеличивал и способность к борьбе нашей братии. Недели через три,  встретив каторжан на прогулке без кандалов, он попросил их выбрать себе цепи по вкусу и надевать их только во время посещения тюрьмы высшим начальством, разрешая в остальное время хранить кандалы у себя в сумках. За исполнение этого требования И.С. Могилев   обещал   оставить   неприкосновенным   существующие порядки.

Тобольские музейные экспонаты

Воры, обсудив у себя предложение Могилева, приняли его. Сделали это они сразу и без долгих разговоров, высчитав, что выгоднее уступить Могилеву на полтинник и получить от него как бы рубль. К такому же решению склонялись и многие политические но когда некоторые из интеллигентов указали им на постыдность компромиссов с начальством, на необходимость блюсти честь революционера и во всем действовать в согласии с принципом, то большинство политических отвергло решение уголовных.

Воры, вообще говоря, непримиримые, так сказать, принципиальные враги тюремного начальства, не желали, кроме того, вносить рознь в арестантскую жизнь. Переменив на сходке свое решение, они согласились действовать заодно с остальными каторжанами.

Узнав про все это, Могилев приступил к более откровенному осуществлению своих планов.

тобольские зека

Первым делом он прекратил хождение арестантов из корпуса в корпус. Для того же, чтобы лишить их возможности мимолетных встреч на кухне, куда они сами ходили за обедом и кипятком. Могилев ввел такой порядок, что обед и кипяток разносились по корпусам и камерам в ушатах.

Арестанты потребовали тогда старого порядка, отказавшись принимать пищу из ушатов.

— Обедать! Есть хотим… — стали изо всех сил кричать каторжане, почувствовав приступ голода… Крики проникли на улицу и стали собирать у стен тюрьмы городскую публику. Предполагая, что с каторжанами творят нечто ужасное, публика потребовала от начальства объяснения. Могилев не смутился и рассказал собравшимся, в чем дело. Кроме того, он приказал вынести на площадь перед тюрьмой несколько ушатов со щами и кашей, разумеется, он выбрал обед получше. Публика попробовала и, недоуменно пожимая плечами, разошлась успокоенная.

На этот раз победил начальник. Почуяв за собой силу, он пошел дальше: приказал заковывать в кандалы всех не для близиру только, а по-настоящему, и не на веревочках, а на железных заклепках. Пришлось смириться. . .

Однажды на 3-ем коридоре засыпался подкоп. Сидевших там перевели в здание мастерских, а в камерах стали наскоро переделывать деревянные полы на цементные. Заключенные подняли волынку» в ответ на что Могилев лишил их не только прогулки, но и прав пользоваться уборной, — или как говорится, взял да и посадил их «на парашку». Наказание это до того всех разозлило и раззадорило, что, выбросив из камер параши, ребята стали выкидывать испражнения через решетчатые двери прямо на коридор, где находилась стража. Через несколько дней по коридору нельзя было пройти от ужасной вони и смрада.

Конец этой истории совпал с борьбой из-за заковки в кандалы: как только Могилев стал заковывать каторжан, все они, банщики и прачки, забастовали и устроили шумную обструкцию.

Не успел еще Могилев заковать одну камеру, как другая, только что закованная, уже ходила без кандалов. Заковывали, но через полчаса новые кандалы разбивались и бросались в клозет.

Пришлось добывать кандалы из губернской тюрьмы, когда и их не хватило, то из арестантских рот.

Испробовав безрезультатно все имевшиеся у него средства, Могилев осторожно применил новые.

лавка для порки и ведро с розгами

Выбрав сознательно и обдуманно троих рядовых и мало заметных каторжан, он велел вечером выпороть их розгами. Утром по камерам разнеслась грозная весть… Все были страшно ошеломлены и взволнованы. Находилось немало таких, которые готовы сейчас же, немедля и ни на что ни глядя, ринуться вперед, но впереди — все это чувствовали — пряталась смерть. В поисках утешения, не зная как примирить раздваивавшиеся чувства, тюремная публика устремила свой взор на руководителей, на блюстителей партийной чистоты и революционной этики. Но что могли сделать эти люди, способные только на словесную пропаганду и разведение различных там теорий и прочей канители? Вчера они держали в своих руках молнии и гремели громами, сегодня все их слова о путях борьбы, о принципиальности, слова разработанные ими не хуже турнирного фехтования (М.С. Кадомцев показывал хорошие результаты в этом виде спорта будучи учащимся кадетского корпуса- примечание – Сараева Романа ), сразу завяли, от одной возможности прикосновения прута тоненькой розги. Могилев тоже не был дурак и интеллигенцию, людей со связями и влиянием все-таки щадил, во всяком случае, никого ни разу никого из не выпорол.

Смутно предчувствуя к себе такое отношение со стороны царского начальства и не зная, что делать дальше, не решаясь во главе остальной массы предпринять что-нибудь смелое и рискованное, руководители тюремных бунтарей всячески маскировали свою растерянность. Еще недавно они готовы были ошельмовать и заклеймить всякого, кто кричал: «здравия желаем» или пел на поверках молитву, а теперь с их побелевших губ только и сходило что: «Это ужас… Ужас…  Что за звери. . . Пороть розгами… Инквизиция… Ни капли уважения к личности… Ужас…».

Собравшиеся было поднять протест, не встречая поддержки,  отошли в сторону. Вся тюрьма, еще на днях бушевавшая и воспламенявшаяся по малейшему поводу, как-то сразу поддалась и погрузилась в мертвую спячку.

Все нововведения Могилева принимались молча.

жесткий уставник Иван Семенович Могилев

Так без намека на сопротивление каторга была закована.  Более того,  по указанию некоторых типов, сбежавшихся с перепугу в «сучий куток» (Одиночная камера, куда помещают заключённых осведомителей, чтобы уберечь от расправы сокамерников- прим. Сараева Романа) Могилев заставил арестантов вылавливать из клозетов кандалы и в них же, без всякой примерки, часто до боли туго заковывал.

Всех остригли под машинку, — раньше этого не требовалось и каждый мог носить волосы так, как ему нравилось.   Ножницы, металлические ложки, зеркальца, расчески, жестяные чайники и тому подобные вещи отбирались без разбора и на глазах владельцев ломались, разбивались, а то и забирались в собственности надзирателей.

остриженный наполовину каторжник

Тут вот и появились на сцену незамеченные и до и после этого ребята, которые без всяких поз и жестов, без книжных дебатов и научных обоснований решили:

—           Не сдадимся, пока есть силы.

И понесли они на своих плечах и спинах всю тяжесть поражения. Группа каторжан, человек в 30, среди которых, как это ни странно, оказалось и несколько уголовных, вроде Казанкевича из тех именно, которые в свое время стояли за принятие первоначального предложения Могилева относительно надевания кандалов для близиру — группа эта то в одной камере, то в другой поднимала бунт. Но, не будучи организованы, вспышки эти принесли мало пользы.

Вскоре замолкли и эти протестанты.

Розги, страх перед ними, развратили даже наиболее идейных из каторжан. Раньше они считали негодяем, подвергали жесточайшему бойкоту всякого, кто не боролся против железного режима. Теперь же все эти принципиалисты вдруг сделались мудрыми реалистами.

—           Что он делает? — приходили в ужас наши Вишняковы, указывая на какого-нибудь протестанта, неукротимого и прямолинейного. — Ведь он и нас всех под розги подведет…

Видя, что розги производят магически потрясающее действие, а вовсе не вызывают открытого мятежа, Могилев, не давая опомниться, начал драть и драть. Он даже не заботился о подходящих поводах. Доходило до того, что, не найдя за весь день ни одного нарушения, Могилев драл авансом и стал считать за проступок такие вещи, как закуривание папиросы от лампы, как нестертая пыль где-нибудь за парашей, как оторванная на бушлате пуговица, как ложный доклад о нанесенном ему якобы оскорблении и т. д., и т. д.

Пороли так: вечером или ночью, редко днем, вызываю арестанта и, ничего не объясняя, ведут куда-нибудь в пустую камеру, в коридор или в свиданочную. Предварительного медицинского осмотра никакого. Наскоро прочитывают приказ начальника или помощника, а то и приказа никакого не читают. Набрасываются на арестанта, валят его на пол, срывают брюки, загибают рубашку за голову, привязывают руки к скамейке вдоль ее, в виде распятия, прикладывают на голову халат или тяжелое арестантское одеяло. После этого неизменный «Ермак», толстый надзиратель, из здешних чалдонов, садится поверх арестанта, и со словами:

—           Ложись, родной, со господом . . . ох-хо-хо, грехи наши тяжкиe, — коленями зажимает голову наказуемого, придавливая пплечи всей своей тушей.   Помощник или старший кричит:

—           Поддержись! ..

или:

—           Не пугайсь! Рразз… и молча дает знак одному из двоих надзирателей, стоящих по обе стороны лежащего. У ног палача взгромождено по куче розг. Один из них ударяет арестанта розгой по боку, отходит шага на четыре и с разбегу наносит удар на ягодицы, стараясь каждый раз наносить удар в одно и то же мето.  Пока он бросает розгу и выбирает новую, дядька, стоящий по другую сторону истязуемого, по команде:

—           Два-а! .. — ударяет его сначала также сбоку, а затем :е отходит на несколько шагов в сторону и с разбегу наносит сверху.   По команде:

—           Три-и!.. — снова действует первый надзиратель, и так далее. Для удобства работы оба палача снимают верхний мундир, всучивают рукава. Обыкновенно давалось девяносто девять ударов (точнее 198, так как удар сбоку и удар в ягодицы считался у нас за один), и эта цифра «99» так вошла в тюремный обиход, что в разговоре среди арестантов и в угрозах со стороны администрации она заменяла слова «розги», или «порка». 75 или 50 ударов назначали реже, 5 лишь в исключительных случаях.   Розги были от молодой березки, аршина в два длины, с двумя-тремя хвостиками, имеющими дурную привычку, входить в тело и, обламываясь, там оставаться (М.С. Кадомцев видел это у бессрочно осужденного железнодорожного служащего из Самары Симонова).

надзирателям заключенные давали прозвища

Не зная удержу, опьяненный властью, не чувствуя над собой кого контроля ни сверху, ни снизу, Могилев доходил до невероятных жестокостей; бывало, что после каждых 10 —15 ударов истязуемого посыпалось солью… Или же Могилев возьмет значит в палачи не надзирателя, а кого-нибудь из арестантов же, именно из сучьего кутка, т.-е. из легавых, горевших местью по отношению к остальной каторге.

Раны от порки бывали различны и зависели не от количества ударов, а от отношения начальства к данному арестанту и палача к своей жертве. Последние ударяли иногда так часто, что успевали в течение часа выпороть человек 15, а иногда они столько времени возились с одним лишь арестантом, делая свою работу смаком и утонченной медлительностью . . .

Нечего говорить о том, как это отражалось на судьбе тех кто имел несчастье впасть в немилость у начальства. Сколько их сошло в могилу после одной-двух экзекуций. Больше всего пострадали, конечно, те протестанты из тех 30 заключенных, по десятку социалистов-революционеров и социал- демократов, человек шесть анархистов и несколько выдающихся смельчаков из числа уголовных.

Для объективности повествования Михаил Кадомцев приводит и совершенно неожиданный результат всего этого тюремного кошмара. Чувствуя непреодолимую потребность сорвать на ком-нибудь и на чем-нибудь свое негодование и обиду и не будучи в силах обратить эти чувства каким-нибудь делом на тюремщиков, арестантская публика выбрала мишенью своих же товарищей, именно тех политиков, которые после первой же порки согласились петь в тюремной церкви.

Их обвиняли в подлизывании, угодничестве, измене общему делу и т. п. Им был объявлен жесточайший бойкот. В поведении певчих искали причину дезорганизации и пассивности. Но в действительности, руководители общественного мнения каторги впоследствии молча и беспрекословно подчинялись всем видам насилия со стороны тюремщиков: становились во фронт и поворачивались к иконам во время пения молитвы, снимали шапки при встречах с начальством, кричали: «здравья желаем».

Началось взаимное поедание, мелочное пускание шпилек, всяческое донимание друг друга. Без конца распускались , сплетни непроверенные и необоснованные, иной раз прямо удивительные обвинения.  Жизнь становилась душной и смрадной.

Храм А. Невского в тобольской тюрьме

Зная все это, в душе радуясь этому, начальство как бы нарочно подливало масло в огонь, спекулируя на чувстве товарищества среди арестантов. Так, однажды, Могилев, потребовал, чтобы учитель Никольский, обладавший хорошим басом, отправился в церковный хор. Никольский отказался. Догадываясь, что причиной отказа является отчасти опасение бойкота со стороны остальных каторжан, Могилев заявил камере, в которой сидел Никольский:

— Если Никольский завтра же не пойдет в хор добровольно, то я каждому десятому из вас всыплю по 99 . . . Поняли. По девяносто девять …

Никольскому пришлось уступить.

Цветные фото взяты отсюда.

Продолжение будет.

Фото все же скорее тамбовского или орловского каторжного периода

Благодаря помощи Центральной библиотеки имени А.С. Пушкина города Новокуйбышевска мне удалось отыскать воспоминания о «тюремных университетах» Михаила Кадомцева, оставленные другим политзаключенным И.И. Генкиным (Шаевичем). Он записывал рассказы Михаила и даже получил его тюремную тетрадь. Основная часть его трудов и легла в основу этого поста.

Шаевич пережил Кадомцева на 20 лет, но сидел и при советской власти

Михаил Кадомцев считал он себя ортодоксальным марксистом, но по своим симпатиям в вопросах тактики и по целому ряду других качеств он напоминал кого угодно: радикально настроенного эсера былых «героических» времен, максималиста, если хотите, а то и анархиста, но меньше всего социал-демократа эпохи 1905 —1914, хотя бы и большевика.

этим «попсовым» фото, запечатлевшим вчерашнего кадета Кадомцева, почему-то любят иллюстрировать бой под Липягами

Кадомцева арестовали  в 1906 и привлекли по делу динамитной  лаборатории и его приговорили к 4 годам арестантских рот.

В уфимской тюрьме, где он сидел в ожидании приговора, нравы были достаточно свободными и заключенным дозволялось даже посещать соседние камеры. В это время он участвует в подготовке побега группе уфимских анархистов, во главе с Павлом Черным (Конторовичем) помогает кустарным способом изготовить бомбы в коробке от какао Жоржа Бормана.

Оружие (два браунинга) и динамит беглецам удалось получить подкупив охрану.  Сорваться в побег с ними отчего-то Михаилу не удается.  Да и побег этот нельзя назвать удачным – скрыться ненадолго удается только одному из беглецов, примкнувшим к анархистам саратовскому боевику- социал демократу Литвинцеву.

Больше всех Михаилу Кадомцеву жалко получившего пулю в голову анархиста Конторовича. Славный и талантливый парень был…

Кадомцева  переводят в г. Мензелинск, откуда он при помощи целой группы лиц, в том и местного меньшевика Николая Сукенника, угодившего за это на каторгу, совершает сложный по организации и эффектный по обстановке стрельбой и множеством других приключений, побег.

* Правда сценарий побега из Мензелинска практически на 100% повторяет побег группы анархистов из уфимской тюрьмы. Там тоже есть подкуп, бомбы, револьверы и недождавшиеся на тройке товарищи с воли. А вот пострадавшему революционеру Сукеннику советская власть заслуг этих не зачтет, сначала осудит на 10 лет в 1929 по 58 статье и расстреляет в 1937 году.   Знал ли об этом Эразм Кадомцев? Наверное знал, но и его положение тоже было не очень завидным. Эразму припоминали поданное «прошение» царю, поступок недостойный революционера. Кстати прошение о помиловании подавал и Михаил Кадомцев, благодаря стараниям родных и хлопотам митрополита, имевшего ход к командующему войсками генералу Сандецкому, смертная казнь ему была заменена бессрочной каторгой.

А.Г. Сандецкий дал шанс М. Кадомцеву, но гуманизмом по отношению к революционерам вовсе не отличался

До осени 1907 г. в Тобольском централе жилось относительно свободно. Администрация мало вмешивалась в жизнь арестантов и если смотрела за чем, то за тем только, чтобы каторга не разбегалась и не особенно шумела. Как и во времена Достоевского, вполне можно было расхаживать свободно по дворам, заходить в другие камеры и корпуса, но зато к палям (высокому бревенчатому забору) подходить уже нельзя было. Правда, у ворот острога уже не торчали молодые бабы и девки, торговавшие баранками, пирожками с требухой по копейке штука и кокетничавшие с арестантами; правда, каторжан не выпускали из тюрьмы на вольную работу, но зато никто не носил кандалов, а о снимании шапок при встрече с начальством и о проклятом «здравия желаем» не только разговора не было, но никто не поверил бы, если бы ему тогда сказали, что за несоблюдение этого можно пороть розгами…

эсерам симпатизировали не только на воле

У Михаила Кадомцева не сложились отношение с «интеллигенцией» -эсерами, о его о его прошении о помиловании в централе знают.

Труды польского анархиста Махайского будоражили умы многих

Переписка с волей велась оживленная. Выписка делалась регулярно, по крайней мере, чай и табак всегда были, а иной раз на столе появлялась белая булка с колбасой. Настроение у всех было бодрое, веселое. Ожидали скорой амнистии. Неудача же бывших восстаний объяснялась тем, что руководили ими меньшевики с большевиками, а не эсеры, то есть восстаниями руководили партии, стоявшие, по распространяемому в тюрьме мнению, за «мирный путь», боявшиеся кровопролития и решительных действий, не признававшие террора и тому подобных революционных выступлений.

К тюремной интеллигенции и полуинтеллигенции большинство «политических» относилось с уважением и доверием. Социал-демократы всех толков, то есть не только меньшевики, но и большевики, были в загоне. Больше всего прислушивались к социалистам-революционерам. Слова о народе, о земле и воле, о равенстве, о роли личности и возвышенных идей, о беспощадной мести врагам трудящихся — слова эти гипнотизировали многих.

Склонность тюремных интеллигентов-революционеров к теоретизированию рефлексии вызывает в М. Кадомцеве сильное отвращение. На неприязненное к нему со стороны заключенных социалистов-революционеров  как к прошенисту, Михаил отвечает тем же. Он нигилист, боевик, партизан, человек дела, а теории и прочая канитель ему чужды. Махаевщина – ненависть к интеллигенции, как к эксплуататору рабочего класса, все же больше свойственна анархистам, но Михаил Кадомцев придерживается той же позиции в отношении «тюремной интеллигенции».

Продолжение здесь.

Рабочие трубочного завода. Участники боя в Липягах 1918

Так уж получается, что к 4 июля и 20 ноября стараюсь поделиться новыми доселе неизвестными фактами о бое под Липягами 1918 года и о Михаиле Кадомцеве. В этот раз тоже нашлось, о чем рассказать читателям блога.

То что Михаил Самуилович Кадомцев получил  свое имя  в честь святого Архангела Михаила уже ни для кого не секрет…  Хотя семья и революционных взглядов, но традиций придерживалась

Архистратиг Михаил

Самуил Евменович Кадомцев находился под негласным надзором полиции, считался неблагонадежным. Историки любят писать, что в доме Кадомцевых была явочная квартира, но вот встречали там доброжелательно явно не только одних членов РСДРП.

Питер. На Ваське.

Анна Федоровна Кадомцева вышла из  семьи староверов, урожденная Баталова, была активным членом революционной организации «Народная воля».

Кстати к «народовольцам» советская история относилась весьма благосклонно, их не клеймили позором как социалистов-революционеров, меньшевиков, кадетов и анархистов. Наверное потому что к этой же  организации принадлежал Александр Ульянов — старший брат сами знаете кого.

Он выбрал иное

«Народна воля» славилась акциями прямого действия, индивидуального террора, которые позднее большевики будут отвергать.

Кстати первое впечатление, которое оставит ссыльный Владимир Ульянов летом 1900, посещая квартиру Кадомцевых мягко говоря никакое… «Муж этой учителки Нади»- так охарактеризует его Анна Федоровна Кадомцева.  Никаких пламенных обращений будущего вождя к Эразму Самуиловичу Кадомцеву естественно быть не могло, хотя и приписывают, что мол новой России будут нужны опытные офицеры.

Семья Кадомцевых 1903. Мефодий Кадомцев тоже пытался спасти Мишу от тюрьмы

Нет, и еще раз нет! Эразм Кадомцев идет учится военному делу по стопам старшего брата Мефодия. Вот Мефодия советские историки не любили. Не вспоминали о нем. Хотя удалось найти одно упоминание, что он вступился за арестованного брата Михаила после того как при обыске была найдена большая сумма денег. Мол это он помогает финансово своей семье.

Братья Иван, Эразм и Михаил

Первый арест Эразма Кадомцева, как вы думаете жандармы идентифицировали его партийную принадлежность? Правильно! Социалист-революционер.

Возможно и Мефодий Самуилович Кадомцев тоже состоял в партии эсеров? Следы его удалось обнаружить в составе резервного 231 Котельнического батальона в чине поручика, дислоцировавшегося в Свияжске, под Казанью. В революциях 1905, 1917 не замечен.

Это изображение имеет пустой атрибут alt; его имя файла - dsc_4816.jpg
Свияжск- сказочно красивое место

К эсерам в 1918 переметнулся из стана большевиков бывший главнокомандующий Урало-Оренбургским фронтом Яковлев (Мячин)- старый уральский боевик, революционер.

Боевик И. П. Павлов вспоминает: «Летом 1906 года, уже будучи большевиком, я поступил на механический завод, который арендовал некто Киснемский – эсер. На завод он принимал только членов революционных организаций – эсеров, анархистов, социал-демократов. В обед и вечерами на заводе устраивались беседы, читались рефераты, лекции, проходили диспуты. Жандармы пронюхали об этом и в декабре 1906 года завод закрыли, а его хозяина арестовали и выслали. Но, благодаря этим беседам и диспутам, я стал лучше разбираться в общественно-политических вопросах.»

В общем-то уральские боевые отряды народного вооружения (БОНВ) вовсе не являлись оплотом большевиков, а  были они весьма разнородными по своему политическому составу.

Инна Самуиловна Кадомцева – старшая сестра, активная революционерка. Окончила гимназию и фельдшерскую школу в Казани. В 1896—1900 фельдшер-акушер в Златоустовской больнице. Инна выходит замуж за доктора Иванова, находящегося в ссылке. Про Иванова советские историки говорить и слышать не хотят. Почему? Да потому что он меньшевик! А вот Михаил Самуилович Кадомцев с семьей сестры Инны поддерживает очень хорошие отношения. Даже после своего освобождения после Февральской революции 1917 года направляется к ним в гости в Павлоград Екатеринославской губернии, где назначается на должность военного комиссара. Для тех не очень в курсе, Павлоград и соседнее Гуляй-Поле в этот период место, где активность набирает крестьянское повстанчество движение с явным тяготением к анархо-коммунизму, лидером этого движения становится Нестор Иванович Махно.

Махно не раз вступал в союз с большевиками, пока они не расстреляли его штаб

Еще один близкий друг-боевик Михаила Кадомцева – Владимир Алексеев тоже склонился в сторону меньшевиков. В.И. Алексеев – участник не только участник массы экспроприаций, например захват золота  самарских артельщиков у станции Дёма, но и тот человек, кто приложил максимум в  осуществлении побега М. Кадомцева из Мензелинской тюрьмы.  Кстати, письмо от заключенного М. Кадомцева с просьбой организовать побег, попадает В. Алексееву через сестру Инну. 

Инна Кадомцева (Иванова)

В книге  есть упоминание в книге И.И. Генкина. Тобольский централ. Каторга и ссылка: «М. Кадомцев считал себя ортодоксальным марксистом, но по своим симпатиям в вопросах тактики и по целому ряду других качеств напоминал кого угодно: радикально настроенного эсера былых «героических» времен, максималиста…, а то и анархиста, но меньше всего социал-демократа».

Мне лично теперь стало ясно, почему мятеж максималистов и анархистов против узурпации власти большевиков Самаре 1918 года окончился почти бескровно.  И понятно почему местные большевики пытали неприязнь к назначенному военным руководством  Урало-Оренбургского фронта комендантом Самары Михаилу Кадомцеву.

Строительство ТЭЦ-1.

Константин Байгузин поделился фотографией начала 50-х годов, на которой изображена строящаяся ТЭЦ-1 г. Новокуйбышевска и за ней 105 км. В 105 км нет еще «психушки», она появится позднее, пока там расположена первая городская больница.

Больничный корпус. фото 1957 года

Жаль,что в ракурс на первом фото не попала дымовая труба кирпичного завода или строящийся по типовому проекту двухэтажного «Соцгорода» поселок 106 км.

лобное место пос. 106 км.

Ну и объективно прикинув, глядя на фото К. Байгузина, я пришел к выводу, что наврядли какие-то крупные находки остались в новокуйбышевской земле, напоминающие о боях 3-4 июня 1918 года…

ТЭЦ сейчас

Хотя сейчас тут обилие пустырей, наши предки хорошо покопались в этих местах. Возможно и находили что-то.

линия отступления сулила находки

Где-то здесь отступали, теснимые чешскими легионерами и эсеровской дружиной, сторонники советской власти, где-то недалеко принял смерть их командир, старый революционер, один из предводителей уральских боевиков, экспроприатор, военный комиссар г. Павлоград, комендант осажденного города Самары — Михаил Кадомцев.

Наиболее вероятные места, где можно еще что-то будет отыскать со времен гражданской войны: Солдатский лес, поселок Русло, парк Победы, ну и несколько не застроенных пятачков на карте Новокуйбышевска. Поживем- увидим.

Сегодня день рождения друга и одного из самых первых читателей блога, отзывчивой помощницы — Натальи Зыковой. С днем рождения тебя, Наташ!

Сегодня также православные празднуют день архистратига Михаила. Архангел  Михаил помимо борьбы с нечистыми силами, помогает людям справиться несчастьями и бедами.

Михаил

Святой Михаил

В этот же день в 1886 родился небезызвестный уральский революционер — Михаил Кадомцев, о котором достаточно много информации на этом блоге.

Не случайно мне на глаза сегодня попался сайт http://ru.rodovid.org, ох, не случайно… Теперь вот будут у нас с этим сайтом перекрестные ссылки, оказывается он уж ссылается на «За Самаркой», как на первоисточник.

гимнастерка М. Кадомцева хранится в музее г. Новокуйбышевска

Не планировал я писать ничего, но видно придется еще немного рассказать о семье Кадомцевых.

Если о родителях и о старших братьях Эразме и Иване, сестре Инне я уже упоминал, то вот об остальных сестрах почти ничего.

Большая семья Кадомцевых

Вера, Любовь, Мария,  Ольга, Зоя и Инна… Были  в этой семье и приемные дети, кстати.

Мария Самуиловна приезжала в молодой город Новокуйбышевск, переписывалась с руководством музея истории города, делилась личными вещами.
2czK66VOBXI

Если сам Михаил Кадомцев и не заслужил памятника, причини и обстоятельства его гибели, как и место захоронения доподлинно неизвестны…
А вот почему бы не поставить у станции Липяги, на месте предполагаемого легионерского монумента, икону с ликом архистратига Михаила? Да и не бередить больше души павших и казненных.
По мне — так отличная альтернатива. Кстати погибших чехов отпевал православный священник из села Воскресенское, остальные павшие удостоились только немногочисленных слез своих близких…

Ровно 100 лет назад произошла трагическая развязка боя под Липягами между советскими отрядами, чешскими легионерами и эсерами.
На блоге много информации об этом событии. Сегодня попытаюсь пролить свет на личность Михаила Самуиловича Кадомцева- коменданта Самары, руководителя обороны города, боевика- революционера.

6(20) ноября 1886 г. в семье Самуила Евменовича и Анны Федоровны Кадомцевых родился сын Михаил (старшие братья- Эразм и Иван, сестра – Инна) .
В квартире Кадомцевых  на улице Голубиная в Уфе организована конспиративная явка революционеров.
В феврале 1900 г. В.И. Ульянов (Ленин) и Н.К. Крупская прибывают в Уфу, чтобы пробыть последняя скоротала там оставшийся год ссылки. Ленин через пару дней Уфу покидает, а Крупская остается. Надежда Константиновна – частый гость семьи Кадомцевых.
1898 г. Михаил Кадомцев поступает в Симбирский кадетский корпус. К слову — старший брат, Эразм Кадомцев заканчивает Оренбургский Неплюевский кадетский корпус и Павловское военное училище.  Старший Мефодий — тоже военный. Михаил Кадомцев хороший стрелок, фехтовальщик, гимнаст и даже играет в духовом оркестре на кларнете-а-пистоне.

кадомцев -15
М. Кадомцев- кадет

Летом 1900 г. В. И. Ленин возвращается в Уфу и также посещает дом революционеров Кадомцевых.
1905 г. Михаил Кадомцев отчислен с последнего курса кадетского корпуса за приверженность к революционным идеям как организатор и участник беспорядков.
Летом 1905 г. Михаил активный участник нелегальных молодежных массовок за рекой Белой. Он запоминается современникам не только крепким телосложением, умным и веселым лицом с тоненькими усиками, кадетской, с красным околышем, фуражкой из-под которой выбивались темно-каштановые волосы, но и своими колкими остротами.
Октябрь 1905 г. в Уфу из Златоуста возвращается Иван Кадомцев, в городе начинаются создаваться боевые отряды народного вооружения – БОНВ.

братья Кадомцевы
братья Кадомцевы

7 декабря 1905 г. начинается забастовка учащихся Уфимской мужской гимназии. В донесении уфимскому полицмейстеру директор гимназии пишет: «… Сего числа явился кадет, на погонах которого стояли литеры СК (Симбирский корпус). По словам некоторых лиц, это был Кадомцев. Немедленно, после его ухода, ученики старших классов, собравшись в зал, постановили примкнуть к всеобщей забастовке и оставили гимназию». Со слов учеников оказалось, что Кадомцев объявил, что рабочие 26 железных дорог присоединилось к всеобщей забастовке.
В конце декабря 1905 г. — начале 1906 г. реорганизация БОНВ. С русско-японской войны вернулся старший брат- Эразм Кадомцев, у него несколько иное представление об организации боевых дружин. Нужно больше внимания уделять боевой подготовке, конспирации и организованности, революционное движение должно охватить весь Урал, Иван и Михаил соглашаются. БОНВ теперь имеют свой устав.

6
Михаил Кадомцев


январь 1906 г.
Михаила Кадомцева направляеся на Симский завод, для организации там боевых отрядов. После отъезда М. Кадомцева в Миньяр, дружину на Симском заводе возглавит его тезка Михаил Гузаков (позднее М. Кадомцев и младший брат М. Гузакова- Петр войдут в штаб обороны Самары в июне 1918 г.).
февраль 1906 г. на второй Уральской партийной конференции в Екатеринбурге под руководством Я.Н. Свердлова, признав силу боевых организаций, приняли резолюцию о БОНВ, назначив во главе боевых организации Урала братьев Кадомцевых.

Гузаков

1906. Под руководством Михаила Кадомцева в 4-х километрах от Усть-Катавского завода, в районе строящегося железнодорожного моста, проводится операция по захвату динамита и запальных патронов с ртутными запалами.
Кроме того проходят операции по захвату типографского шрифта,паспортных бланков.
21 сентября 1906 года на разъезде Дёма уральскими боевиками совершено нападение на поезд. В эксе принимали участие братья Кадомцевы и Константин Мячин (Яковлев) ставший главком Урало- Оренбурского фронта в 1918 г. Мячин остановил поезд раньше, чем следовало, и этим чуть не погубил все дело. Михаил Кадомцев бросил петарду и оглушил машиниста, подающего гудки.
Михаил принимает самое активное участие в захвате денег артельщиков, но из 300 000 рублей боевики берут только 163 000.

Константин_Мячин2
Мячин-Яковлев

Осень 1906 арест Михаила Кадомцева и суд.У Михаила при  досмотре находят револьвер в кармане и кинжал за голенищем сапога. В комнате Михаила и у входа под крыльцом находят патроны, бикфордов шнур, пикриновая кислота для «химической» бомбы, другие детали будущих бомб и одна уже готовая к употреблению. В сундуке нашлись две сторублевки и двести ассигнаций по 25 рублей – новеньких, без изгибов, не бывших в употреблении. В итоге М. Кадомцев приговорен к 4 годам арестанских рот. 

1907 Содержание в Уфимской губернской тюрьме. Политическим заключенным разрешают свободно передвигаться и 2 ходить друг к другу в гости», но собираться не более 6 человек в камере.  Михаил оказывает помощь в изготовлении самодельных бомб, планировавшим побег из тюрьмы анархистам Павлу Черному (Конторовичу), Павлу Миловзорову, Никите Никифорову,  Тупицыну и большевику Литвинцеву. Подкупленный надзиратель Гордеенко приносит им два браунинга, динамит, бикфордов шнур. Беглецов должны быть ждать лошади, которые готовили анархисты с воли, но что-то не сложилось. Из беглецов остался на свободе только Литвинцев — саратовский боевик. Михаилу Кадомцеву не удалось принять участие в побеге.

Конфликт с руководством тюрьмы. Перевод в Мензелинскую тюрьму.

DSC_4401


4 марта 1908г Михаил направляет письму сестре Инне Ивановой (Кадомцевой), где просит организовать ему побег брата Ивана. Иван Кадомцев в это время нелегально находится с семьей за границей в Монпелье вместе с ранее упомянутым В.И. Алексеевым (Черным). Жена Ивана Кадомцева больна туберкулезом, на руках годовалая дочь.
В апреле 1908 г. совет уфимской боевой дружины проводит совещание где вырабатывается план по освобождению М.С. Кадомцева. Решили напасть на тюремных «золотарей», вывозивших вечерами нечистоты, переодеться в их форму, пробраться в тюрьму и освободить Михаила. Но по этому плану не действовать не пришлось.

семья кадомцевых

13 июля 1908 г. Анна Федоровна Кадомцева с тремя дочерьми прибывает в Мензелинск. Вместе с ними прибывает В. Алексеев, который регистрируется в гостинице как Иван Кадомцев.
14 и 15 июля 1908г. свидание с матерью и «братом Иваном» в Мензелинской тюрьме, Михаилу передают два браунинга, бомбу, паспорт на имя Буталова Павла Федоровича, деньги, а также коньяк со снотворным.

Неудачный побег вместе с боевиком Иваном Головкиным по кличке «Адам» из Мензелинской тюрьмы происходит по сценарию бегства анархистов из Уфимской тюрьмы.. В. Алексеев руководит операцией, бросает бомбу на площади в преследователей беглецов.

Головкин погибает, Кадомцев ранен, схвачен будет позднее в деревне Байсарово. Один из организаторов побега -мензелинский меньшевик Николай Сукенник попадает за это на каторгу.


20 февраля 1909 г. военно-окружной суд приступил к рассмотрению «дела дворянина Кадомцева о побеге из Мензелинской тюрьмы». Мать оправдана, под давлением общественного мнения смертную казнь Михаилу заменяют на пожизненную каторгу. Алексееву удалось остаться на свободе, запутав следствие и убедив, что в Мензелинске был Иван Кадомцев, а не он. Удивительно, но свидетели, увидев фото И. Кадомцева, указывают, что это именно он был в Мензелинске.

Михаил приговорен к смертной казни. Два месяца в ожидании повешения. Михаил подает прошение о помиловании императору.

Благодаря стараниям родных  и хлопотам митрополита, имевшего ход к генералу Садецкому, командующему Казанским военным округом, смертную казнь заменяют вечной каторгой. 

весна 1909г. Михаил Кадомцев этапирован в Тобольскую каторжную тюрьму.  Статус «прошенца», унизившегося перед царем, преследует его в Тобольском централе. Особенное презрение он вызывает среди тюремной эсеровской интеллигенции.

зима 1912г. Перевод в Орловский каторжный централ. Работа в столярной мастерской при централе.

1915 г. Содержание М. Кадомцева в одиночной камере. Составление записок о содержании в Тобольском централе и передача их И. Генкину.

послабление режима содержания в Орловском централе. Свидание с сестрами Инной и Марусей.
февраль 1917 падение самодержавия. Из Орловского централа освобождены 276 «политических», в том числе и Михаил Кадомцев. За Михаилом в централ приезжает Эразм Кадомцев. Дорога в Уфу лежит через Москву, где они навещают брата Ивана.
1917 г. Михаил перебирается в город Павлоград Екатеринославской губернии к старшей сестре Инне. Инна там находится вместе с мужем А.Н. Ивановым (ссыльным революционером). Инна, хотя и работает земским фельдшером, но принимает активное участие в установлении советской власти.
По одним сведениям М.С. Кадомцев до марта 1918 состоит в должности военного комиссара в г. Павлоград (Украина).
По другим- служит начальником штаба Красной Гвардии Павлоградского уезда.
Весной 1918 г. возвращение в Уфу. Эразм Кадомцев – комиссар Уральского военного округа. Проводится работа по восстановлению БОНВ. Михаил Кадомцев командует отрядами, действующими против атамана Дутова на Южном Урале.
31 января 1918г советскими отрядами освобожден Оренбург.

2.Pohorony partizan 18.05.1918g.
уральские борцы с казаками хоронят павших

25 марта 1918 г. Уфимский отряд под командованием М.Кадомцева совместно с верхнеуральскими и белорецкими отрядами очистил Верхнеуральск от дутовцев и стал преследовать дутовские части, отступающие в степи Казахстана.
М. Кадомцев ранен пулей в ногу, но остался в строю.
1 мая 1918 г. отряды М. Кадомцева участвовали в демонстрации в Уфе.
17 мая 1918 г. Мятеж анархистов и максималистов в Самаре. Кадомцев прибывает с отрядом конников для подавления мятежа.

decret

20 мая 1918 г главком Урало- Оренбурским фронтом Яковлев издает приказ о роспуске Губернского исполнительного комитета и образовании ревкома где назначает комендантом Самары М.С. Кадомцева с диктаторскими полномочиями. Горисполком Самары продолжает функционировать.
С созданием губревкома и комендатуры все военные части обязаны были подчиняться приказам коменданта. Председателем губревкома избран В.В. Куйбышев.
23 мая 1918 г. Городской исполнительный комитет избрал начальником штаба охраны города левого эсера А.И. Рыбина (бывшего коменданта Самары, которого сменил Кадомцев).
29 мая 1918 г. Председатель губревкома В.В. Куйбышев, в связи занятием чехословаками Сызрани, объявляет Самару на осадном положении. Все боевые силы должны беспрекословно подчиняться главкому Яковлеву и его помощнику П.В. Гузакову, а также коменданту М.С. Кадомцеву. Все трое в недавнем прошлом- уральские боевики.

ГУЗАКОВ П.В
П.В. Гузаков

30 мая 1918 г. Организован боевой революционный штаб в составе Куйбышева, Гузакова, Кадомцева. Руководство штаба издает воззвание к рабочим с призывом: «К оружию!».
31 мая 1918 чехи заняли Обшаровку. Отряд, охранявший Сызранский мост, отступил к станции Безенчук. Строится линия обороны вдоль реки Самары.

cfeac04338e03e0a548fb4c8ad38f3eb
Чехи у станции Безенчук

1 июня 1918 г.  советские войска вытеснили чехов из Обшаровки. Губернский комитет левых эсеров объявляет мобилизацию в боевые дружины для борьбы с чехами и дутовцами.
2 июня 1918 г. на станции Кряж установлена артиллерия. Чехи заняли Иващенково без боя. В Иващенково прибыли почти все лидеры правых эсеров, также для переговоров с руководством легионеров прибыла делегация самарского горисполкома.
3 июня 1918 г. в Самаре слышны первые артиллерийские выстрелы. Станция Обшаровка занята московскими отрядами советских войск под руководством левого эсера Попова.

m3GBQa-A4vY
справка о гибели Михаила Кадомцева, подписанная Н. Подвойским

Существующие версии гибели:
1. Погиб 3 июня 1918 г при невыясненных обстоятельствах.

2. Погиб 4 июня 1918 г. от осколка следуя с ординарцем на ручной дрезине в направлении станции Липяги, сраженный осколком у входного семафора. Ординарец выжил и сообщил о произошедшем. Личность ординарца историками не установлена.

3. По воспоминаниям Корхалева, М.С. Кадомцев погиб при попытке прорыва через огонь чехов с несколькими кавалеристами.

P.S. Пост будет пополняться и уточняться.

Товарищ Н.И. Подвойский нашел в себе силы почти через пять лет после гибели Михаила Кадомцева в Липягах признать, что дело происходило «на безысходной, тяжелой позиции».

справка о гибели Кадомцева

Удостоверение о гибели Кадомцева

Правда, бывший член Учредительного собрания, созидатель Красной Гвардии- председатель Высшей военной инспекции Н.И. Подвойский, приезжая в Самару перед ее падением не замечает тяжелой позиции, но видимо предчувствуя безысходность, убывает на станцию Кинель.

0_b42a3_aa019696_orig

На то, что позиции красных в Липягах были выбраны идиотски не писал только ленивый.  Только мне лично такая версия не очень нравится.

чешская батарея в бою под Липягами

чешская артиллерия под Липягами

Всем известные схемы боя под Липягами показывают завершающую фазу сражения- окружение и разгром оборонявшихся. Причем, что советские историки, что чешские легионеры — очевидцы здесь солидарны друг с другом. Но первые боестолкновения советстких отрядов и легионеров — происходят за разъездом Жигули, а вовсе не в Липягах, причем красные отряды прикрывает артиллерия в район села Мордовские Липяги. То есть первая линия обороны проходи между Жигулями и Гусарским городком (пос. Маяк).

загруженное

В бою под Жигулями получает ранение Николай Иванович Кочкуров (Артем Веселый), оставивший свои воспоминания об этом факте. Под натиском легионеров красные отступают на вторую линию обороны — к селу Русские Липяги, артиллерия также занимает позиции за окопами — между современными пос. 106 км и 39 кварталом Новокуйбышевска. Чехи перегруппировываются в это время в районе Еркиного оврага и занимают опустевшие Мордовские Липяги.

DSC_1765

жд переезд у Мордовских  Лияпгов

Дальше привожу выдержку из книги Владимира Шарлота: «Кадомцев стал объезжать на коне боевые позиции, отдавать последние распоряжения командирам. Линия основной обороны, наподобие дуги, проходила в 15 км юго-западнее Самары. Правый фланг позиции упирался в разлившуюся реку Татьянку и в луга волжской долины, покрытые лесом. Это создавало благоприятные условия для обороняющихся, здесь белочехам пройти было трудно. В 25-30 метрах перед позицией находились избы деревни Русские Липяги. Левый фланг заканчивался в районе рощи…»

DSC_4428

участники боя- рабочие Трубочного завода

Что вот лично мне сразу не нравится тут, зачем красным выходить из села Русские Липяги в поле и там держать оборону? Ведь наступавшие могут укрываться за домами и хозпостройками, коих в селе было множество? Ведь стратегически удобнее оставить село в своем тылу- там можно и укрыться самим, есть колодцы с водой для охлаждения пулеметов. В пользу моей версии в музее истории Новокуйбышевска нахожу еще одну, малоизвестную, схему боя.
позиция ура
Ну, а на оборотной стороне  схемы есть приписка.

DSC_4410

В общем я еще раз убедился, что изложение истории дело весьма субъективное и зачастую весьма политизированное- разрозненные боевые группы, отряды: рабочих, латышей, левых эсеров, большевиков, максималистов, матросов -анархистов, уральских боевиков, китайцев и прочих ополченцев Красной Гвардией называть рано. Ну а правда она у каждого своя, даже легионеров.

Вот еще одно доказательство, что большей частью самарские крестьяне совсем не сочувствовали большевикам в июне 1918 г. Крестьянский съезд Самарского уезда выпустил резолюцию в которой пожаловал звание почетного крестьянина Самарского уезда полковнику Чечеку.

чехам спасибо

В том числе именно из-за этих «чехофильных» настроений правда о бое и казни пленных под Липягами была надежно спрятана за семью печатями.
По прошествии более 35 лет после трагических событий июня 1918 года, когда уже сменилось на Липяговской земле два поколения местных жителей, местное население значительно разбавилось массой новых жителей, прибывших на строительство Новокуйбышевска- флагмана отечественной нефтехимии и нефтепереработки, тогда-то и пришлись к месту красногвардейцы из отряда Кадомцева.
0_b42a3_aa019696_orig
Только правды в этих советских книжках было совсем немного.
История, сделав виток длиною почти 100 лет, снова повторяется, под маской толерантности власти снова лебезят перед чехами- им хотят ставить памятники в Самаре и под Липягами.

d0a7d0b5d187d0b5d0ba_d0a1d182d0b0d0bdd0b8d181d0bbd0b0d0b2

Стас Чечек- почетный крестьянин Самарского уезда

А вот братские могилы бойцов-красногвардейцев и других сторонников советской власти по большей части до сих пор не найдены…

 

У большевика, уральского боевика, Михаила Самуилович Кадомцева, сложившего в 1918 г. голову под Липягами сегодня день рождения. Юбилей, 130 лет.

6

Михаил Кадомцев свято верил, что стоит на правильном пути

Также этот день праздную анархисты всего мира — это день их символа, черного знамени.

21 ноября 1831 г. в Лионе войска расстреляли манифестацию уволенных ткачей. В ответ вспыхнуло восстание. Мгновенно были сооружены баррикады, и над ними взвилось черное знамя с девизом: “Жить работая или умереть сражаясь!

Во время республиканского восстания в Париже 5-6 июня 1832 г. повстанцы подняли уже красное знамя.
С тех пор чёрный флаг, наряду с красным, является официальным знаменем левых движений.

Чёрный флаг — противоположность белому флагу, символу сдающихся.

profilepic39140_1

Черное знамя -символ анархистов

Как известно в Самару Кадомцев прибыл в мае 1918 г. для подавления  выступления анархистов и максималистов. Крови пролито было немного, сторонам все же удалось договориться, хотя часть зачинщиков мятежа была брошена в тюрьму. Но обошлось без расстрелов. Гораздо больше пострадало при «революционных» налетах на ту же тюрьму с обеих сторон. Анархисты и максималисты в Самаре какое-то время даже вполне мирно сосуществовали с большевиками после падения КОМУЧА.

Кадомцев же бок о бок до этого бился с анархистами и левыми эсерами против Оренбуржского казачества.

Естественно, что Кадомцев был знаком с анархистами с ранних лет, да и уральские «боевые отряды народного вооружения» для эксов строились не всегда по партийным принципам.

Скорее всего имел он отношения  с анархистами и отбывая каторгу в Тобольском централе.

1353236993_mahno

Батько Махно

Ну и будучи военным комиссаром города Павлограда Екатеринослаской губернии в начале 1918 года Михаил Кадомцев подчинялся  штабу левого эсера Егорова, в этот же штаб входили и повстанческие отряды Нестора Махно, который также придерживался позиций анархизма.

Ну, а Махно же родился 7 ноября 1888 года, в этот день произойдет Октябрьский переворот, в котором в 1917 году примут участие большевики, левые эсеры  и анархисты.

Вот такие вот хитросплетения дат и событий подкидывает история.

В предыдущем посте немного упрекнул новокуйбышевское отделение КПРФ, а выходит напрасно.

1465747733

Фото предоставлено В. Волковым

Приношу свои извинения. Молодежное крыло КПРФ навело порядок на могиле у станции Липяги.

1465747724

Фото предоставлено В. Волковым

Теперь она выглядит более приглядно, и заметна даже из окон электрички.

1465747701

Фото предоставлено В. Волковым

Кстати благодаря местному отделению КПРФ, в администрацию города Новокуйбышевска пришло  гневно письмо от Г.А. Зюганова с требованием не устанавливать у станции Липяги памятника чешским легионерам.

Image0127

Одно из многочисленных свидетельств наличия братской могилы из музея истории города Новокуйбышевска

Я на экскурсии рассказывал ребятам, что есть еще не отмеченная могила защитников Самары на кладбище села Русские Липяги, вот ниже приведу одно из многочисленных свидетельств данного факта, возможно и они удостоятся памятного знака когда-нибудь?

Image0124

Документ предоставлен музеем истории города Новокуйбышевска